Page 414 - Толкачев

– Ах ты, концептуалист наш ненаглядный! Ну-ка, дай-ка, дай сюда
свой журнальчик. Что ты там так увлеченно читаешь? Ну, разумеется!
Кто бы сомневался! Свой собственный очередной шедевральный опус!
Коль, хочешь поржать? Сейчас я тебе вслух прочту... Так, о чем мы пи-
шем на этот раз? Ага, выставка современного искусства в разрушенном
токарном цеху завода «Знамя труда»...

Из всей собравшейся троицы Матвей Зубрин по прозвищу Зубр
художественным талантом обладал в наименьшей степени. То есть не
обладал вовсе. То, что рисовать ему не дано, он осознал уже на первом
курсе Строгановского училища, куда был принят по блату. С грехом по-
полам закончив обучение и получив диплом, Зубр понял, что в области
изобразительного искусства он может делать только одно — то, что
обычно делают те, кто сам ничего не умеет. То есть учить других. Рас-
сказывать публике, что в искусстве хорошо, а что плохо. Этим ремеслом
овладеть можно. Был бы язык подвешен. Язык у Зубра был подвешен
вполне. Его статьи об искусстве охотно брали в глянцевые журналы,
большей частью почему-то женские. Вот и сейчас он притащил журнал
«Леди Интеллект» со своей новой статьей.

– Итак... — провозгласил Аркадий. — Сейчас, найду что-нибудь
посмешнее... Нет, тут все смешно, конечно, как обычно... Зубр в своем
репертуаре... Ну вот, например, замечательный пассаж: «Это полотно
полупрозрачно намекает нам, что силуэты фантомов, танцующих в на-
ших воспоминаниях, по сути, не что иное, как пластическое выражение
духовного опыта, и сублимация здесь — не более чем фигура интел-
лектуального поиска. Центральное место на композиции, смещенное
в данном случае в левый нижний угол холста, занимает изображение
деревянного параллелепипеда, оклеенного пленкой «под дерево», и мы
понимаем, что это не просто символ. Это знак! Таким образом, автор
картины, разыгрывая перед нами яркий спектакль перехода ухода в при-
ход, демонстрирует нам вертикальную ориентацию временного векто-
ра — от земли, как инкубатора духа — ввысь, к сияющим небесам!» Да,
Зубр... Жжешь, реально жжешь!

– А как же! — довольно ухмыльнулся Матвей. — В нашем деле
иначе нельзя. Напишешь что-нибудь внятное — подумают, что ты не
настоящий искусствовед.

– Какая, говоришь, у него там ориентация? — мрачно поинтересо-
вался Коля.

– Какая у него, не знаю. Хотя, догадываюсь. Если ты про того ху-
дожника. А если про временной вектор — то вертикальная.

Коля печально вздохнул.
– Из инкубатора в небо, значит... А я бы вектор времени по-другому
направил: из этой овощной базы — в прошлое на пару дней. Чтобы я все
успел доделать и выспаться.

414